To get more information, to send a request to buy by auction please call  (812) 331-03-16 or write: art1@auction-house.ru

07 Sep

А.А. Писемский «Сумерки»

Алексея Александровича Писемского (1859–1913) называли в своё время среди самых авторитетных отечественных пейзажистов. С равной степенью мастерства он работал и в традиционных графических техниках (особенно ценились его акварели и виртуозно исполненные перовые рисунки), и в станковой живописи. Однако путь к успеху и широкому признанию складывался для него весьма непросто.
Будучи уроженцем истинной российской глубинки (с. Буй Костромской губ.), наш мастер принадлежал тем не менее к достаточно просвещённому, высококультурному роду, – из него, в частности, вышел известный писатель второй половины XIX века А.Ф. Писемский. Общее образование он получил в Костромском реальном училище; дальнейшая же его жизнь тесно связана с Петербургом и изобразительным искусством. Более десяти лет он обучается в Императорской Академии художеств (1878–1890, первые два года – в качестве вольноприходящего ученика) по классу пейзажной живописи. Его преподавателями были видные специалисты в данной области – М.К. Клодт и Ю.Ю. Клевер. От первого из них, надо полагать, и перешло в живопись А. Писемского стремление к академически чистой, точно выверенной форме, а от второго – острый рисунок и поиски декоративности в цвете и композиционном решении. Качества, как можно убедиться и на примере экспонируемого полотна, отнюдь не противоречащие друг другу.

Участвовать во временных художественных выставках А. Писемский начал ещё со студенческих лет. В разные годы он являлся экспонентом Общества выставок художественных произведений, Весенних академических выставок, Московского общества любителей художеств, «Вlanc et noir», Общества русских акварелистов, Товарищества художников. Помимо того, ему принадлежала роль одного из организаторов и постоянных участников Петербургского общества художников. Нам же в данном случае должна быть особенно важна выставка этого художественного объединения, относящаяся к 1901 году, – и не только потому, что творчество Писемского было представлено на ней достаточно щедро: семь произведений. Главное в том, что в одном из них, пейзаже «Сумерки» (1900–1901), воспроизведённом в выставочном каталоге, мы узнаем нашу картину.
Всегда крайне интересно и в высшей степени полезно изучать живопись известного мастера непосредственно «в вещи» – не торопясь, с необходимыми паузами, сравнивая увиденное с уже имеющейся на сей счёт информацией. Так приходит понимание и живое ощущение творческого почерка мастера; следуя внутренней логике его работы над формой, воспринимаешь как нечто совершенно естественное изменения живописной техники в различных объёмных зонах картины – от плотного корпусного письма на переднем плане до лёгких светоносных лессировок дальнего общего фона. Особенно показательна работа мастера над главным, наиболее приметным элементом композиции – ажурным силуэтом приземистой северной сосны, неведомо как выжившей среди голых гранитных скал. Её растрёпанная, изрядно прореженная холодными ветрами крона была «найдена» автором не сразу, о чём свидетельствует достаточно толстый, неровный живописный слой этого участка полотна. Тут всё переделывалось прямо «по-сырому», упорно, методично, вплоть до достижения необходимого результата, – и не только кистью, но заодно и черенком её. В итоге и образовалось это ноздреватое красочное тесто – очень характерная для живописи Писемского техническая особенность, которая уже по самой неповторимой природе своей принадлежит к лучшим доказательствам подлинности данной картины.

«Сумерки» входят в значительную серию пейзажей (живописных и графических), выполненных А. Писемским после поездок в Финляндию. В их числе и несколько холстов, где достаточно изобретательно и нешаблонно варьируются изобразительные мотивы представленной работы. В этом нет ничего удивительного, поскольку создавались подобные станковые вещи тогда, на рубеже веков, традиционно – в мастерской, по натурным зарисовкам, и одна и та же наиболее удавшаяся деталь могла впоследствии использоваться автором неоднократно. Так случилось и с финской сосной из «Сумерек» – её запоминающийся «рваный» силуэт встретится нам, в частности, в картине «Лунная ночь». Но, исходя из названных уже специфических особенностей живописной фактуры нашего произведения, видимо, именно оно и послужило образцом для иных вариантов этой композиции.

Владислав Толмацкий
Опубликовано в журнале Антикварное обозрение № 2 (май 2012)

Archive of publications

  • January
  • February
  • March
  • April
  • May
  • June
  • July
  • August
  • September
  • October
  • November
  • December